Про негритят

[shatkaya]

При двадцать восьмом просмотре "Десяти негритят" я совершила открытие: фигурки в начале фильма расставляет не судья, а режиссер - Станислав Говорухин!

Все-таки самая страшная сцена в фильме - это не смерть Марстона и даже не падение медведя, а белая ваза, которая стоит на столе в то время, когда Роджерс прячет негритят. Ее показывают так, что по коже бегут мурашки.

Зря Говорухин ушел в политику.